«В старых треках все не идеально, но зато гораздо человечнее»
Ant to be о предстоящей вечеринке, работе с лондонским лейблом и возрождении джангла
— Можешь рассказать о вечеринке «Крыша в огне»?
— Мы хотим сделать достаточно жесткую вечеринку с ломаными ритмами, именно драм-н-бэйс и джангл музыкой. Сейчас джангл, по моим ощущениям, набирает обороты. К нам же все приходит с запада, и некоторые называют это джангл ренессанс. У остальных участников тоже наболело, видимо — им хочется чего-то такого, в нестандартном месте. Вечеринка для выхода накопившегося материала, музыки, которая у нас есть. Мы ее не слышим в городе, поэтому очень захотелось ее преподнести. Очень хочется, чтобы молодые ребята пришли, потому что старики-то ладно — надо молодежь заинтересовывать. Может быть, для них это ново будет, а может быть, мы вообще провалимся.
— Ты будешь там играть свой материал?
— Да, конечно. Для меня диджеинг как раз начинался именно с того, что хотелось свою музыку поставить, поэтому научился сводить. Я планирую играть в основном сэт с винила, у меня есть пара пластинок с моей музыкой и немножко CD. Есть некоторый промо-материал от лейбла, на котором я сейчас оказался, его тоже планирую сыграть. Но это все-таки диджей-сэт. Лайвы раньше были у меня, но мне это было не прикольно: одному их тяжело делать — не очень зрелищно, когда человек кнопочки нажимает, и лайвом это трудно назвать. Поэтому я решил сосредоточиться на диджей-сэтах и так свою музыку доносить.
— Чего ждать от вечеринки, кроме того, о чем ты уже рассказал?
— Ну, во-первых, мы будем играть правильную музыку. На наш взгляд, конечно. У нас будут арт-объекты, у нас будет звук хороший, интересное место — как мы считаем, наиболее подходящее для такой вечеринки.
— Помещение все-таки маленькое, вы заранее рассчитываете на небольшую аудиторию?
— Вечеринка экспериментальная, поэтому помещение небольшое, но его должно хватить для всех желающих. И еще там такое ощущение складского чего-то, рейва — эстетика соответствует той музыке, которую мы собираемся играть.
Видео-микс перед вечеринкой, в котором, среди прочего, спрятан небольшой секрет
— Ты упоминал пластинки, которые у тебя не так давно вышли. Можешь рассказать о работе с лейблом?
— На самом деле, я прошел кучу лейблов. Все, в основном, были цифровыми, и когда ты на первом этапе — это прикольно, но музыкант не получает ничего с цифровых лейблов, разве что рекламирует себя в известных цифровых магазинах. Через какое-то время я понял, что лейблы цифровые вообще не нужны, если это не мейджор-лейбл типа Sony или Universal. Лучше выкладывать свою музыку на bandcamp, там за нее можно получить пусть небольшие, но реальные деньги. Мне кажется, музыка сейчас ценна тогда, когда не всем доступна. Я думаю, если трек вышел только на виниле, то эта музыка становится более ценной. Купленная пластинка, во-первых, остается у кого-то на долгое время, трек живет и не теряется в цифровом мусоре. Во-вторых, это значит, что кто-то в тебя вложился, и все не просто так, потому что выпустить винил достаточно дорогое удовольствие. В-третьих, винил — это лучшая защита от пиратства, потому что рипы с пластинок делаются редко и не в самом лучшем качестве, а если делают в хорошем, то в сети не распространяют. В большом объеме цифровой музыки сложно ориентироваться, а виниловых релизов не так много выходит, поэтому трек легче заметить. У меня началось все с того, что один знакомый из Москвы, DJ Jump, фанат винила, захотел нарезать что-то из драм-н-бэйса и издать — он съездил в Лондон, нашел там резчика (мастеринг-инженер, производящий первую копию, с которой делается тираж — прим.) и выпустил мой трек тиражом семьдесят пять односторонних копий. Затем у меня в голове поселилась идея самому издать пластинку, и пока я с этой идеей ходил, я параллельно делал музыку, в ней полностью переключился на олдскул и то, с чего я начинал, — на звучание 90-х годов, потому что мне показалось что драм-н-бейс находится в кризисе. Заметил конкурс одного из лейблов, который существует с 90-х, в итоге сделал ремикс, который победил. Так вышла пластинка, на которой есть мой трек вместе с треками корифеев жанра. Потом я послал некоторые свои треки владельцу лейбла, Luna-c (Chris Howell), и вот буквально на днях вышла еще одна пластинка, состоящая целиком из моих треков, а сейчас он просит от меня нового материала.
Ant to be на одной пластинке вместе с корифеями жанра
— Ты говорил о кризисе современного драм-н-бэйса, в чем он заключается?
— Треки выходят очень похожими друг на друга, все заперты в рамках жанра. И, лично по моему мнению, из-за технологий и идеального сведения человечность из музыки ушла. Технологичный, идеальный, хорошо звучащий трек без ошибок становится слишком роботизированным. А если вернуться в середину девяностых, конец девяностых, начало нулевых, то там не было такого развития технологий, и слушаешь старые треки — какой-то косяк может возникнуть, все не идеально, но зато гораздо человечнее.
— Ты назвал несколько причин, по которой эту музыку сейчас можно не любить, но ты ее пишешь, играешь. За что ее любишь ты?
— У меня любовь не столько к определенному стилю, сколько именно к ломаным ритмам. Мне нравятся все эти барабанные сбивки — реальный грув. Не столько из-за баса я полюбил эту музыку, сколько из-за ломаного ритма, который заставляет подпрыгивать.
— Ты играл активно, когда эта музыка была популярна в Кирове. Что ты можешь сказать о том времени?
— Интернет был не так сильно развит, людей со смартфонами еще не было, и все приходили именно танцевать, тусить. Сейчас с интернетом все хорошо, но там после вечеринки нет ни одного комментария. Раньше, если зайти на любую страницу мероприятия «Вконтакте», то можно было обнаружить очень много комментариев. Сейчас люди эмоций никаких не испытывают или не делятся ими. И как будто ничего и не произошло, никакой вечеринки и не было. Если раньше ты видел фидбэк, и тебя это заряжало сделать что-то еще, то сейчас такого нет. Может быть, я старый, но я не слышу, как молодежь разговаривает о музыке.
— А каково было музыканту без интернета? Ты в одном интервью рассказывал, как искал по городу диск с программой Fruity Loops, и это такая история, которую сейчас невозможно представить.
— Интернет тогда, конечно, был, но он был очень слабенький. Да и в самом интернете ничего почти и не было, потому что у всех он был такой. Была большая нехватка информации, сэмплов, уроков, понимания, что делает, например, компрессор — у меня, по крайней мере. Я бы сказал, что интернет — это, конечно, очень большой плюс для музыканта, иначе мы бы остались сидеть с такими же деревянными зарисовками, а не музыкой. Но в сегодняшнем мире нужно уметь вычленять полезную информацию из массы ненужной, потому что куча бесполезных всяких уроков — нужно разбираться, чтобы голова кругом не пошла. Еще я пришел к мнению, что нужно ограничивать себя в плане именно написания музыки – продуктивнее всего получается ее писать, когда ты ставишь себя в какие-то рамки, по инструментам или сэмплам, например.
— А на сцене местной что-то изменилось?
— Я редко посещаю мероприятия, у меня семья, поэтому тяжело куда-то выбираться, но я вижу, что очень много групп появилось — это очень прикольно. Главное, чтобы было больше тех групп, которые сочиняют свою собственную музыку и, конечно, не нужно замыкаться на нашем городе, потому что у нас город очень маленький — надо всегда смотреть шире.
— Не боишься, что у «Крыши в огне» получится снова запустить ту волну, которая несколько лет назад всех накрыла? Циклично же все.
— Не боюсь ли? На это и рассчитываем!
Made on
Tilda